Как мозг решает “дорогие” задачи

Кто такие интеллектуальные капиталисты?

Валерий: Интеллектуальные капиталисты – это лица, которые умеют делать деньги из смыслов. Интеллектуальные капиталисты – успешные предприниматели, способные зарабатывать на интеллектуальном капитале, стабильно наращивать и справедливо распределять ренту, сделать из сложного успешное.

Существует такой капитал, как знания, который сегодня становится полноценным товаром; любой товар несет в себе уникальные знания, знание становится одним из основных факторов производства. Знание пришло на смену информации и стало главным сырьем экономической деятельности, имеет большую ценность по сравнению с другими ресурсами. Наших способностей хватает, чтобы его преумножать. Мы накапливаем знания, которые востребованы, которые кто-то готов покупать, и продаем их третьим лицам.

Павел: Кроме того, наших способностей хватает, чтобы капитализировать знания. Это особенность интеллектуального капиталиста – он работает с нематериальной сущностью.

Валерий: Таких знаний становится все больше на рынке. От самых распространенных – например, знания о продажах, до узкоспециальных – например, знания в юриспруденции, бухгалтерии… Каждый бизнес принимает решение, самостоятельно создавать внутри себя нужные знания или покупать на стороне. Естественно, предприятие не может обладать стопроцентной экспертизой во всех областях знаний, которые требуются для его развития. Какие-то ресурсы привлекаются извне. Так складывается знаниевая экономика.

Интеллектуальный капитал выступает как основной воспроизводимый фактор производства. Новая экономика, основанная на знаниях, позволяет превращать знания в доход не только в отраслях, непосредственно связанных с высокими технологиями, но и в секторе интеллектуального сервиса, где знание выступает как товар.

Павел: И возникают знаниевые компании. Например, Apple, казалось бы, выпускает материальный продукт, но прежде всего они выпускают интеллектуальные разработки. А продукт – это содержание знаниевого сырья. Капитализация знаниевых компаний становится соразмерно с капитализацией материальных гигантов. Тот же Google давно догнал и обогнал General Electric.

Это все говорит о том, что в основе капитала может быть не только железо или сырье, но и то, что зафиксировано на бумаге через слова, что сгенерировано интеллектом человека.

Валерий: В этом мы живем и работаем. Выделили сектор экономики k2b (knowledge to business). Для России это пока Terra Incognita. Но мы находим все больше соратников. Давайте поместим такую категорию, как знания, в комбайн нашей темы.

Знания рациональны или иррациональны?

Валерий: Эта дискуссия базируется на очень старых данных. Только сейчас начали отказываться от представлений о том, что правое полушарие мозга человека отвечает за рацио, а левое – за интуицию. Только сейчас эти устаревшие догмы опровергаются публично. Если опираться на актуальные антропологические исследования, то мозг управляется инстинктно-гормональной системой, доставшейся нам от животных, и неокортисом – «человеческой» частью. Между этими частями всегда идет борьба, в результате которой появляются два «я». Есть «я» понятный, реактивный, инстинктно-гормональный. Есть «я», который непонятен. Чтобы его понять, мы включаем неокортис и тратим огромное количество энергии.

Осознавать себя – это вообще дорогое удовольствие. Организм сопротивляется таким затратам: зачем думать, если есть прекрасная инстинктная система, аккумулирующая опыт живого мира. Реакция проще мысли. И действительно, в некоторых аспектах деятельности человек выбирает этот вариант, и не надо запускать рацио. Поэтому дискуссию о рациональном-иррациональном надо уводить в плоскость, когда что лучше применять.

Здесь включается еще один аспект – сознательного и бессознательного. Это работа мозга. Работа, которая не заканчивается никогда. Мы можем думать, что приняли то или иное решение иррационально, но при этом даже не догадываемся, какую работу для принятия этого решения проделал мозг. Известный пример периодической таблицы, которая якобы пришла Менделееву во сне. Но ведь он два года работал над ней.

Павел: Если бы он не создал таблицу, ему бы не дали кафедру, ему было бы нечем кормить семью. То есть открытие стало следствием потребности выжить. Реальная биологическая проблема заставляла мозг ученого работать 24 часа в сутки. Так ли уж верно списывать все на сон – на иррациональное?

Валерий: Еще одна мысль, которую мы часто слышим от людей весьма успешных: «Был бы поглупей, был бы побогаче». Сюжет таков, что рацио дорого.

Павел: Все, что требует мысли, дорого обходится. Но эволюционно мозг для того и сформировался, чтобы решать «дорогие» задачи. Если таких задач нет, он будет лениться и с удовольствием ничего не делать.

Валерий: Поэтому мы придерживаемся такого определения мышления. Мышление – способность решать стандартные задачи нестандартными способами.

И все же знания, на мой взгляд, – образец иррационального рационального. Потому что это условность, о которой условно договорилось условное сообщество. Но кто гарантирует, что все именно так, как мы знаем?

Валерий: Это важная проблематика. Мы называем себя интеллектуальными капиталистами, потому что для нас это «твердое». А для кого-то вообще не твердое, и он не может этого понять. Мне, в свою очередь, тяжело видеть и понимать что-то про станки. Для меня они «не твердое». А для другого человека станки будут очевидными. Все упирается в нашу индивидуальную изменчивость по мозгу. В способность нашего мозга усваивать или не усваивать разную информацию.

Условное, о котором вы сказали, – та же способность видеть или не видеть. Эволюция разделила нас на типажи – и мы способны пони- мать видовую разницу. Но не можем видеть различий «по мозгу». Вот сидим сейчас втроем, видим друг друга, но не видим, как по-разному работают наши мозги.

Павел: А современная наука говорит, что как раз туда и стоило бы заглядывать, чтобы понять, кто перед тобой.

Валерий: Если бы могли заглянуть, то обнаружили бы, что, например, у нас разный музыкальный слух. У кого-то идеальный, а у кого-то так себе. Кто-то ясно услышит, если произведение сыграно с ошибками. А кто-то не усомнится в гармонии, потому что просто не слышит нюансов.

Павел: Здесь кроется парадокс. Тот, кто не обладает идеальным слухом, может обладать феноменальной памятью, которая поможет ему идеально воспроизвести музыкальный фрагмент, благодаря чему общество подтвердит – да, у тебя идеальный слух. Ошибка будет доказана как правильное. И ее не обнаружить, если не заглянуть в мозг.

Валерий: В этом ответ на ваш вопрос о знаниях. Кто как видит. Мы находим знания «твердым». К сожалению, разобраться, кто как и что видит, можно только посмертно – вытащив и разобрав мозг. Вот, к слову, во время такой процедуры обнаружили 49-поле в мозге Маяковского. Его уникальную особенность.

«Кубит» – ваше название родом из квантовой физики. А сейчас о квантовом говорят применительно буквально ко всему: квантовая экономика, квантовое искусство, квантовая физика… Где в этом еще менее «твердом» место предпринимателя?

Павел: Кубит одновременно может быть нулем и единицей. И в этом хороший мостик к нашей теме. Персональным искусством человека, предпринимателя, является способность довериться в нужный момент рациональному или иррациональному. Либо в нужный момент соединиться, соединить одно и другое, чтобы получить результат.

Валерий: Твердое в этом вот что. Человеку нужно объяснение, почему и зачем он живет. Долгое время ответ давали мифология, религия, идеология, наука. Однако эти ответы перестали нас удовлетворять. Они могут не противоречить нашим картинам мира, но удовлетворять перестали. В какой-то момент появилось представление, что люди, которые занимаются квантовой физикой, – это квантовые философы. И они могут дать новые ответы, новые обоснования нашего бытия.

Я бы предложил сейчас сконцентрироваться на том, что в этом аспекте есть серьезная бизнес-проблема. Потому что предприниматель управляет человеком как орудием производства. И он должен объяснить человеку, почему тот должен работать. Объяснить в новых смыслах. Ведь этот вопрос до сих пор неразрешим. Зачем много-много лет назад человеку понадобилось работать? Почему он выбрал труд? С точки зрения природы, не было у него такой потребности…

Да, родился, поел, размножился, умер. Выполнил свою биологическую задачу.

Валерий: Верно.

Павел: Поиск ответа на этот вопрос остается сегодня не менее актуальным. Но современному человеку нужны новые ответы.

Валерий: Товаров производится сегодня столько, что человечество в общем-то уже может и не работать. В некоторых странах безработица спонсируется. Отдельные признаки мы видим и у себя в стране. Что такое каршеринг – это развитие бедности. Это регресс экономики. Надо ли вообще работать, когда деньги уже стали проблемой? Когда ставка по Кейнсу ниже нуля, а он не написал, что в таком случае делать. Вот эту новую реальность в своих ответах и пытаются объяснить квантовые философы. Если они найдут решения, которые хотя бы временно удовлетворят нас, то предпринимателям будет легче найти свое место в мире квантовой экономики.

Объяснятельный концепт необходим человеку.

Валерий: Зачем нам жить? Вопрос требует ответа. А людей и институций, способных дать ответ, очень мало. Человек парадоксален по природе. Когда объявили старт приема заявок для полета на Марс, откликнулось около двух сотен тысяч землян. Нюанс в том, что билет предлагался только в один конец. Двести тысяч человек готовы улететь в неизвестное. А сколько людей просто не знают об отборе, сколько еще потенциально готовы обрести свои ответы таким способом…

Что в этих обстоятельствах может делать предприниматель? Какие бизнесы уместны в новом миропорядке? В каких правилах работать?

Павел: Это большой, очень интересный, отдельный разговор. Если коротко, то будущее за h2h – областью «человек-человек». За персонифицированным сервисом. Вернется то, что бизнес сегодня обменял на скрипты, – общение живое, искреннее. Несмотря на то, что автоматизация продолжает показывать рост, параллельно возникает волна, которая сопротивляется обезличиванию.

Валерий: У меня тоже есть краткий ответ. Предпринимателю надо делать то же самое, но с одним изменением. Без него твой товар так и будет стоить столько, сколько он стоит сегодня. И ты будешь терять маржу по сравнению с товаром, у которого еще что-то есть. Это «что-то» – знание. Делай то же самое, но вложи знание, которое даст тебе возможность зарабатывать больше.

Павел: В старых терминах это называлось ноу-хау.

Валерий: Наш призыв в этом: пойми, как у себя в ресторане или в магазине это реализовать. Как применить свои знания.

Павел: Книга сама по себе стоит столько, сколько за этот носитель просит книжный магазин. Книга – просто носитель информации. А вот ее реальная ценность состоит в знаниях. В том, что ты добываешь, обрабатывая информацию, которая в ней содержится. Знания стоят гораздо больше. Иногда они бесценны.

И еще одну мысль добавлю. Сегодня в малом и среднем бизнесе тотально подражают друг другу. А подражание – это иррациональное поведение, потому что при этом человек не думает. Это легче. Подумать и отличиться гораздо труднее. Не знаю, изменилась ли статистика сейчас, но раньше приводились цифры, что всего 5% людей способны быть предпринимателями, то есть обладают предпринимательским мышлением. Всего пять процентов, но в абсолютных значениях к численности населения это много. И это здорово, потому что предприниматель позволяет себе роскошь думать.